Россию накрывает вал безработицы

Общее число безработных россиян за январь 2009 года выросло на 5,2% по сравнению с декабрем 2008 года и на 23,1% по сравнению с январем 2008 года – до 6,1 млн человек.

Общее число безработных россиян за январь 2009 года
выросло на 5,2% по сравнению с декабрем 2008 года и на 23,1%
по сравнению с январем 2008 года – до 6,1 млн человек. Из
них в государственных учреждениях службы занятости населения
зарегистрированы 1,7 млн, говорится в сообщении РИА «Новости» со
ссылкой на доклад Федеральной службы государственной статистики
(Росстат). 1,4 млн «официальных» безработных получают пособие.
Названные 6,1 млн человек (или 8,1% экономически активного
населения России) классифицировались в конце января как
безработные в соответствии с методологией Международной
организации труда (МОТ), согласно которой к безработным относят
всех граждан, которые не имеют работы, но активно ее ищут любыми
способами (не обязательно вставая на учет).

Если с карандашом в руке прикинуть темпы роста числа
безработных за последние полгода, получится лавинообразная
статистика. Хроника несдерживаемого обвала рынка труда
впечатляет. В конце мая 2008 г. безработных
насчитывалось 4,097 млн человек. В конце января 2009 г. –
6,1 млн человек – двухмиллионный прирост! Но было бы неправильным
«разбрасывать» его на все полугодие. 27 октября РИА
«Новости» сообщало со ссылкой на постоянно отслеживающее рынок
труда Минздравсоцразвития, что «уровень безработицы в России по
состоянию на 1 октября текущего года – самый низкий за
последние 13 лет»: «всего» 5,3%.

Обнадеживающие показатели для осени, когда кризис костлявой
рукой вцепился в горло США и Европы, не правда ли? Получалось,
что для России он не так уж и страшен. Робкие надежды на то, что
нас минует чаша сия, немного подкрепили данные свежего опроса
Всероссийского центра изучения общественного мнения. Две трети от
1600 респондентов в 140 населенных пунктах в
42 областях отметили, что никто из их знакомых и близких не
потерял работу в течение последних 2–3 месяцев (хотя
половина опрошенных назвала уровень безработицы в своем регионе
«высоким»). К тому же министр здравоохранения и социального
развития Татьяна Голикова днями раньше заявила, что ситуация на
рынке труда в России остается спокойной. Значительные изменения в
связи с мировым финансовым кризисом, по ее мнению, возможны не
ранее, чем через 2–3 месяца.

Последовавший за октябрем ноябрь принес ошеломляющие
результаты. Уволены еще 400 тыс. человек, сообщал Росстат.
Видимо, уже в октябре начались значительные увольнения, не
успевшие попасть в статистику. Безработица, таким образом,
увеличилась сразу на 8,1% – до 5 млн человек. Это – 6,6%
всего экономически активного населения страны, численность
которого в прошлом году оценивалась в 76 млн человек. Ну а
показатели прироста безработицы за год (с ноября 2007 г.)
уже тревожили реально: 17,8%! Тем не менее премьер Владимир
Путин, за две недели до ноябрьских статистических выкладок
обещавший уровень безработицы чуть более 2 млн человек,
успокаивает: ситуация находится под контролем, для проведения
активной политики на рынке труда в федеральном бюджете
2009 года зарезервировано дополнительно
50 млрд руб., а максимальный размер пособий по
безработице увеличен до 4900 руб. в месяц. Еще свежий в
памяти декабрь и особенно январь показали, что надежды на то, что
эпидемия безработицы, как грипп, обойдет Россию стороной, были
пустыми. Вдобавок выявилось слабое место нашей экономики: ее
аналитическая составляющая.

Экономисты-аналитики почувствовали себя неуверенно: реальный
масштаб безработицы не просматривается из-за того, что
предприятия, особенно малые, не предоставляют информацию для
статистики, и далеко не все безработные встают на учет. В России,
как правило, регистрируется лишь каждый 6-й безработный. Сколько
же их «скопилось» на рынке труда к концу года и сколько еще
появятся, как только страна вернется к труду после новогодних
каникул? Экономисты дают осторожные прогнозы: 7%, и то с учетом
«сезонности» – зима считается неблагоприятным временем года для
трудоустройства.

Очевидно, и правительство не владеет всей полнотой информации.
Министерство труда и социального развития предоставляет
статистические отчеты по регистрируемой безработице, а
Государственный комитет по статистике оценивает общую
безработицу. Кроме того, занятость населения фиксирует
Министерство здравоохранения и социального развития.

Подсчеты чрезвычайно сложны, они основываются на разных
методиках. О большой точности говорить не приходится. Так,
Минздравсоцразвития прогнозирует, что количество официально
зарегистрированных неработающих в 2009 году может составить
как минимум 2,2 млн человек. Интересно, какая это будет часть от
реально потерявших работу?

Специалисты знают, что разрыв между общей и регистрируемой
безработицей составляет одну из наиболее парадоксальных черт
российского рынка труда. Скажем, регистрируемая безработица
охватывает лишь часть граждан, нуждающихся в трудоустройстве,
т. е. тех, кто в поисках работы обращаются за помощью к
государству. Но сколько в стране тех, кто работал, получая
зарплату в конверте, не платил налогов и не делал отчислений в
Пенсионный фонд? Какому ведомству под силу исчислить этих
оставшихся без средств к существованию тружеников невидимого
фронта? Как помочь им, невидимкам, не влияющим на размер суммы,
выделяемой из резерва для стабилизации? Немудрено, что эти и им
подобные факторы действуют несколько замедляюще на реакцию
правительства в отношении темпов галопирующей безработицы.

Выступая в конце января в телепередаче «Судите сами», глава
Минздравсоцразвития Татьяна Голикова косвенно подтвердила
проблему получения точной и надежной информации, а главное –
проблему аналитики и оперативного прогнозирования: «Главное для
нас – понимание того, сколько людей в сложившейся ситуации может
потерять работу и какие это повлечет социальные последствия». Она
признала и то, что прирост безработицы начал отслеживаться лишь с
октября. Значит, период «раскачки» происходил на фоне идущих по
стране массовых увольнений, и государственному ведомству в самый
разгар кризиса на рынке труда приходилось догонять ситуацию,
анализируя ее буквально на бегу. По свидетельству министра,
Россия еще не подошла к самой высокой за последнее время планке
безработицы, которая была зафиксирована в постдефолтное время – в
2000 году (7,1 млн человек). Сегодняшний уровень
соответствует уровню 2004 года.

Правительству предстоит непростая работа по стабилизации рынка
труда в условиях, когда количество незанятых граждан будет
возрастать. Одна из основных радикальных мер – содействие в
переквалификации с последующим трудоустройством. Не исключено,
что эта вынужденная мера не будет пользоваться большим спросом.
Скажем, получившие одно или даже два высших образования
безработные вряд ли встанут в очередь на получение профессии
газосварщика. И тем более – с последующим переселением на Дальний
Восток или даже в Сочи, как посулила зарегистрированным
безработным Татьяна Голикова. «Мы совместно с регионами и
работодателем, – сказала она, – помогаем сначала найти работу, а
потом даем подъемные, суточные и некоторые средства на аренду.
Службы занятости предоставляют всю необходимую информацию для
поиска работы».

Исследования показывают: только треть высокообразованных
россиян научились зарабатывать. А из тех, кто научился
зарабатывать, лишь треть имеют высшее образование. Кстати, оно,
полученное 20 и тем более 30 лет назад, во многих
случаях устарело, поэтому в переквалификации на самом деле есть
рациональное зерно. Это, разумеется, не панацея от растущей
безработицы. Однако с учетом того, что прогнозы ее будущих
масштабов и протяженности времени по-прежнему неясны, а резервы
правительства отнюдь не неисчерпаемы, следовало бы присмотреться
к предлагаемым мерам повнимательнее. Протянутая сегодня рука
помощи послезавтра может безвольно повиснуть.